Фаина Раневская - 17 Марта 2013 - Ваш домашний кинозал
Поиск
Меню сайта
Категории раздела
Боевик [95]
Боевые искусства [25]
Биография [29]
Вестерн [9]
Военный [29]
Детективы [21]
Документальные [125]
Драмы [62]
Исторический [40]
Комедии [173]
Кулинария [11]
Учимся готовить по видео урокам
Мелодрамы [37]
Мистика [3]
Мультфильмы [192]
Непознанное [7]
Отечественные [53]
Приключения [82]
Ремёсла [5]
Видео уроки от мастеров своего дела
Семейный [19]
Сериалы [112]
Сказки [49]
Советские спектакли [14]
Великие артисты прошлого покажут вам что такое настоящий театр... на который билетов не достать!
Сокрытые тайны [8]
Всё то, что от нас пытаются скрыть
Спорт [9]
С.У.П [7]
ТНТ [11]
Лучшие проекты телеканала ТНТ
ТВ-Шоу [62]
Триллер [43]
Ужасы [64]
Фантастика [108]
Звёздные новости [0]
Биографии [4]
Игры [2]
Самые интересные флэш игры онлайн. Скоротай досуг!
Вход на сайт
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Популярное
Индекс цитирования Рейтинг@Mail.ru
Четверг, 23.03.2017, 21:22
Приветствую Вас Гость
Главная » 2013 » Март » 17 » Фаина Раневская
15:29
Фаина Раневская

Раневская прожила долгую жизнь. Однако, по ее собственным словам, не успела сделать и 99 процентов из того, что могла бы. Ее талант был безграничен, однако, ей выпало не так много ролей, где она могла бы его в полной мере проявить. Она жила своими ролями:

Я не признаю слова "играть". Играть можно в карты, на скачках, в шашки. На сцене нужно жить.



О женщинах

Когда в Москву привезли «Сикстинскую мадонну», все ходили на неё смотреть. Фаина Георгиевна услышала разговор двух чиновников из Министерства культуры. Один утверждал, что картина не произвела на него впечатления. Раневская заметила:
- Эта дама в течение стольких веков на таких людей производила впечатление, что теперь она сама вправе выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет!
Бог создал женщин красивыми, чтобы их могли любить мужчины, и - глупыми, чтобы они могли любить мужчин
***
Такая задница называется "жопа-игрунья".
***
Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности брюнетки или блондинки?”
Не задумываясь она ответила: "Седые!”
***
Женщины, конечно, умнее. Вы когда-нибудь слышали о женщине, которая бы потеряла голову только от того, что у мужчины красивые ноги?
***
Напора красоты не может сдержать ничто! (Глядя на прореху в своей юбке)
***
Критикессы - амазонки в климаксе.
***
Когда у попрыгуньи болят ноги, она прыгает сидя.
***
С такой жопой надо сидеть дома!

О здоровье

На вопрос: "Вы заболели, Фаина Георгиевна?" - она обычно отвечала: "Нет, я просто так выгляжу".
***
Чем я занимаюсь? Симулирую здоровье.
***
Я себя чувствую, но плохо.
***
Здоровье - это когда у вас каждый день болит в другом месте.
***
Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.
***
Склероз нельзя вылечить, но о нем можно забыть.

О старости

Старость - это когда беспокоят не плохие сны, а плохая действительность.
***
Я как старая пальма на вокзале - никому не нужна, а выбросить жалко.
***
Старость - это просто свинство. Я считаю, что это невежество бога, когда он позволяет доживать до старости.
***
Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!


"Золушка"

Бог мой, как прошмыгнула жизнь, я даже никогда не слышала, как поют соловьи.
***
Мысли тянутся к началу жизни - значит, жизнь подходит к концу.
***
Когда я умру, похороните меня и на памятнике напишите: "Умерла от отвращения”.
***
Стареть скучно, но это единственный способ жить долго.
***
Старость - это время, когда свечи на именинном пироге обходятся дороже самого пирога, а половина мочи идет на анализы.

О работе

Деньги съедены, а позор остался. (О своих работах в кино)
***
Сняться в плохом фильме - все равно что плюнуть в вечность.
***
Когда мне не дают роли, чувствую себя пианисткой, которой отрубили руки.
***
Я - выкидыш Станиславского.
***
Я провинциальная актриса. Где я только ни служила! Только в городе Вездесранске не служила!..
***
Я, в силу отпущенного мне дарования, пропищала как комар.
***
Я жила со многими театрами, но так и не получила удовольствия.
***
Четвертый раз смотрю этот фильм и должна вам сказать, что сегодня актеры играли как никогда!


"Подкидыш"

Спустя много лет даже Леонид Ильич Брежнев, вручая актрисе Орден Ленина, не удержался, чтобы не сказать:

Муля, не нервируй меня!

Фаина Георгиевна не растерялась и озадачила его в ответ:

Леонид Ильич, так ко мне обращаются или мальчишки, или хулиганы!



Успех - единственный непростительный грех по отношению к своему близкому.
***
Как ошибочно мнение о том, что нет незаменимых актеров.
***
Нас приучили к одноклеточным словам, куцым мыслям, играй после этого Островского!
***
Получаю письма: "Помогите стать актером". Отвечаю: "Бог поможет!"
***
Перпетум кобеле. (О режисере Ю. Завадском)
***
Он умрет от расширения фантазии. (О режисере Ю. Завадском)
***
Пи-пи в трамвае - все, что он сделал в искусстве.
***
Я не признаю слова "играть". Играть можно в карты, на скачках, в шашки. На сцене жить нужно.
***
Жемчуг, который я буду носить в первом акте, должен быть настоящим,- требует капризная молодая актриса.
Всё будет настоящим, - успокаивает ее Раневская. - Всё: и жемчуг в первом действии, и яд - в последнем.

О себе и жизни

Всю свою жизнь я проплавала в унитазе стилем баттерфляй.
***
Я социальная психопатка. Комсомолка с веслом. Вы меня можете пощупать в метро. Это я там стою, полусклонясь, в купальной шапочке и медных трусиках, в которые все октябрята стремятся залезть. Я работаю в метро скульптурой. Меня отполировало такое количество лап, что даже великая проститутка Нана могла бы мне позавидовать.
***
Спутник славы - одиночество.
***
Жить надо так, чтобы тебя помнили и сволочи.
***
У меня хватило ума глупо прожить жизнь.


дом Фаины Раневской в Таганроге


Кто бы знал мое одиночество? Будь он проклят, этот самый талант, сделавший меня несчастной. Но ведь зрители действительно любят? В чем же дело? Почему ж так тяжело в театре? В кино тоже Гангстеры.
***
В Москве можно выйти на улицу одетой, как бог даст, и никто не обратит внимания. В Одессе мои ситцевые платья вызывают повальное недоумение - это обсуждают в парикмахерских, зубных амбулаториях, трамвае, частных домах. Всех огорчает моя чудовищная "скупость” - ибо в бедность никто не верит.
***
Одиночество как состояние не поддается лечению.
***
Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.
***
Жизнь проходит и не кланяется, как сердитая соседка.

На разные темы

Орфографические ошибки в письме - как клоп на белой блузке.
***
Сказка - это когда женился на лягушке, а она оказалась царевной. А быль - это когда наоборот.
***
Я говорила долго и неубедительно, как будто говорила о дружбе народов.
***
Семья заменяет все. Поэтому, прежде чем ее завести, стоит подумать, что тебе важнее: все или семья.
***
Пусть это будет маленькая сплетня, которая должна исчезнуть между нами.
***
Мне попадаются не лица, а личное оскорбление.
***
Чтобы мы видели, сколько мы переедаем, наш живот расположен на той же стороне, что и глаза.
***
Настоящий мужчина - это мужчина, который точно помнит день рождения женщины и никогда не знает, сколько ей лет. Мужчина, который никогда не помнит дня рождения женщины, но точно знает, сколько ей лет - это ее муж.
***
Мне всегда было непонятно - люди стыдятся бедности и не стыдятся богатства.
***
Понятна мысль моя неглубокая?
***
Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества.
***
Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы ее не было… Лучше бы память навсегда убить.
***
Знаете, когда я увидела этого лысого на броневике, то поняла: нас ждут большие неприятности. (О Ленине)
***
Это не комната. Это сущий колодец. Я чувствую себя ведром, которое туда опустили.
***
"Вы не поверите, Фаина Георгиевна, но меня еще не целовал никто, кроме жениха".
- "Это вы хвастаете, милочка, или жалуетесь?"
***
Сотрудница Радиокомитета N. постоянно переживала драмы из-за своих любовных отношений с сослуживцем, которого звали Симой: то она рыдала из-за очередной ссоры, то он ее бросал, то она делала от него аборт Раневская называла ее "жертва ХераСимы".
***
Однажды Раневскую спросили: Почему красивые женщины пользуются бoльшим успехом, чем умные?
- Это же очевидно ведь слепых мужчин совсем мало, а глупых пруд пруди.
***
Сколько раз краснеет в жизни женщина?
- Четыре раза: в первую брачную ночь, когда в первый раз изменяет мужу, когда в первый раз берет деньги, когда в первый раз дает деньги.
А мужчина?
- Два раза: первый раз когда не может второй, второй когда не может первый.
***
Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приезжает на вокзал.
- Жалко, что мы не захватили пианино, - говорит Фаина Георгиевна.
- Неостроумно, - замечает кто-то из сопровождавших.
- Действительно неостроумно, - вздыхает Раневская. - Дело в том, что
на пианино я оставила все билеты.
***
Однажды Юрий Завадский, худрук Театра им. Моссовета, где работала
Фаина Георгиевна Раневская (и с которым у нее были далеко не
безоблачные отношения), крикнул в запале актрисе: "Фаина Георгиевна,
вы своей игрой сожрали весь мой режиссерский замысел!" "То-то у меня
ощущение, что я наелась дерьма!" - парировала Раневская.
***
— Сегодня я убила 5 мух: двух самцов и трех самок.
— Как вы это определили?
— Две сидели на пивной бутылке, а три на зеркале, — объяснила Фаина Георгиевна.
***
Идущую по улице Раневскую толкнул какой-то человек, да еще и обругал грязными словами. Фаина Георгиевна сказала ему:
- В силу ряда причин я не могу сейчас ответить вам словами, какие употребляете вы. Но я искренне надеюсь, что когда вы вернетесь домой, ваша мать выскочит из подворотни и как следует вас искусает.
***
Актеры обсуждают на собрании труппы товарища, который обвиняется в гомосексуализме:
"Это растление молодежи, это преступление"
Боже мой, несчастная страна, где человек не может распорядиться своей жопой, вздохнула Раневская.
***
"Лесбиянство, гомосексуализм, мазохизм, садизм это не извращения" строго объясняет Раневская: "Извращений, собственно, только два: хоккей на траве и балет на льду".
***
Объясняя кому-то, почему презерватив белого цвета, Раневская говорила:
"Потому что белый цвет полнит".
***
Я не пью, я больше не курю и я никогда не изменяла мужу потому еще, что у меня его никогда не было, заявила Раневская, упреждая возможные вопросы журналиста.
Так что же, не отстает журналист, значит у вас, совсем нет никаких недостатков?
В общем, нет, скромно, но с достоинством ответила Раневская.
И после небольшой паузы добавила:
Правда, у меня большая жопа и я иногда немножко привираю!

О Фаине раневской:

Щедро наделив Фаину Раневскую талантом, Господь, видно, решил сэкономить на другом — и недодал ей любви. Я имею в виду не обожание публики, которого хватало (во время гастролей Театра имени Моссовета в Одессе кассирша говорила: «Когда Раневская идет по городу, вся Одесса делает ей апофеоз»). Я имею в виду ее одинокую жизнь. «Как много любви, а в аптеку сходить некому», — говаривала она. Друзья у нее были, поклонники тоже, а своей семьи не было. То есть в начале жизни — была, но сразу после революции мать, отец, сестра и брат эмигрировали. Вернулась — полвека спустя — одна лишь сестра Белла. Овдовев и оставшись в одиночестве, она приехала к Фаине умирать.

Раневская — это псевдоним. В честь чеховской героини. Юная Фаина была так потрясена спектаклем «Вишневый сад», что не обратила внимания на выпавшее из сумочки портмоне. Ветер стал разбрасывать деньги, а она только и сказала: «Красиво летят — как осенние листья». «Вы прямо как Раневская», — изумился ее спутник.

Родилась Фаня Фельдман в 1896 году в Таганроге. Ее отец, Герш Хаимович, был человек очень состоятельный. Ему принадлежали фабрика сухих красок, несколько домов, магазин, склады и даже пароход. В городе его уважали, он был старостой синагоги и основателем приюта для престарелых евреев. Свое происхождение Фаина не афишировала. Как-то, мучаясь над сочинением своей биографии, она начала: «Мой отец был небогатым нефтезаводчиком…», порвала и больше никогда автобиографий не писала. Мать ее была женщиной чувствительной, любительницей искусств. Одно из детских воспоминаний Фаины: мама в слезах, они текут рекой, и унять их невозможно. «Что такое, мамочка, что случилось?» — «В Баденвейлере умер Чехов». А на ковре — упавший томик его рассказов. Фаина убежала с ним и, не отрываясь, прочитала «Скучную историю». Так, когда ей еще не было восьми, Антон Павлович впервые вошел в ее жизнь. И расположился в ней надолго: пока она не переиграла все его пьесы: «Вишневый сад» (Шарлотта), «Чайка» (Маша), «Свадьба» (Змеюкина), «Юбилей» (Мерчуткина), «Три сестры» (Наташа), «Дядя Ваня» (старуха Войницкая). Второй раз Фаина увидела мать в таком же горе, когда умер Лев Николаевич Толстой. «Погибла совесть, совесть погибла», — рыдала мама.

С детства Фаина была робкой, от неуверенности заикалась (это осталось до старости и проявлялось в минуты волнения, но только в обычной жизни и никогда — на сцене). Она тяжело сходилась с детьми и неважно училась. Гимназию так ненавидела, что родителям пришлось ее забрать. Она получила домашнее образование и сдала гимназический курс экстерном. Как такая стеснительная девушка могла вбить себе в голову, что ее призвание — театр, непонятно! Семья до поры до времени относилась к увлечению дочери спокойно, но, когда та заявила, что пойдет в актрисы, Герш Хаимович высказался резко: «Посмотри на себя в зеркало — и увидишь, что ты за актриса!» Однако легче было бы остановить поезд на полном ходу, и в девятнадцать лет Фаина ушла в самостоятельную жизнь.

Профессиональная непригодность

В Москве она несколько раз держала экзамены в театральные школы, но так заикалась от волнения, что ей сказали: «Деточка, это профессиональная непригодность». Тогда она пошла в частную школу, где за учебу надо было платить, и ее взяли. Деньги, которые дали ей родители, быстро иссякли. Она немного подрабатывала в цирке — в массовке, потому что ничего не умела. Но этого на жизнь и учебу не хватало, и она понимала: положение сложное, надо что-то делать. А судьба — дама с чувствами, она часто милостива к тем, кто, не сворачивая, идет к своей цели. Так что знакомство с известной провинциальной примой, ученицей Веры Комиссаржевской, Павлой Вульф можно было бы считать счастливым даром судьбы, если бы не та настырность, с которой Фаина его добивалась. Вот и вышло: главный подарок — это отнюдь не везение, а характер, бурный поток, пробивающий себе дорогу через любые препятствия.

К Вульф Раневская попала абсолютно неумелой актрисой. Павла Леонтьевна после отыгранного накануне спектакля мучалась мигренью и никого не принимала. Но когда ей доложили, что какая-то странная заикающаяся девица настаивает, чтобы ее впустили, почему-то согласилась. Навязчивая гостья оказалась неуклюжей порывистой девушкой с большими испуганными глазами. Заикаться она перестала, как только прошел первый страх. Девушка сказала, что мечтает работать с Павлой Леонтьевной и согласна на любые роли. Вульф указала на стопку пьес, лежащих на столике, — пусть выберет, что хочет, и подготовит отрывок. Девушка явилась спустя несколько дней, и опытная Вульф поняла, что отпустить ее она не может. Взять ее в театр она тоже не могла, но дала ей большее: взяла в свою семью и помогла ей стать Актрисой. Их дружба продолжалась много лет, до самой смерти Павлы Леонтьевны.

Из нее выйдет большая актриса

В мелодраме Леонида Андреева «Тот, кто получает пощечины» у Раневской была роль в толпе, без единого слова текста. Она совершенно не понимала, что ей надо делать, и обратилась за помощью к «первому сюжету» — Иллариону Певцову, исполнителю главной роли. «А ничего не делай, только люби меня, люби изо всех сил», — посоветовал он. Когда спектакль закончился, Фаина разрыдалась, и никто не мог ее успокоить. Привели Певцова. «Что ты?» — спросил он. «Я так любила Вас, так любила!» Певцов всё понял и сказал: «Помяните меня — из этой барышни выйдет большая актриса».

Ей с детства внушали, что она нехороша собой, и она поверила, хотя фотографии молодой Раневской свидетельствуют о другом. Ну немного крупноват нос — но все остальное в порядке. И сколько жизни! Сколько света и юмора! Семитские волосы — пышные, вьющиеся, глаз горит. А она стеснялась себя, и не только в юности. Даже признанная и увенчанная всеми премиями и званиями, просила режиссера убрать первые ряды партера или хотя бы так строить мизансцены, чтобы она все время оставалась в глубине.

— Ну почему, Фаина Георгиевна?!

— Я убегу, я боюсь публики… Если бы у меня было лицо, как у Тарасовой… У меня ужасный нос.

Когда закончился ее первый сезон в летнем театре в Малаховке, Фаина осталась без работы. Через «театральное бюро» (оно же «актерская биржа») она нашла работу на зимний сезон — в Керчи, но ей не удалось доработать до конца сезона: труппа не делала сборов, и театр прекратил свое существование. Ей даже не заплатили, так что выехать из города она смогла, только продав свои сценические костюмы. Следующим городом стала Феодосия, но и там антрепренер сбежал, не заплатив актерам.

Кочевала Раневская много: Симферополь, Архангельск, Сталинград, Баку… В первые годы от отчаянной неуверенности Раневская была неуклюжа и вызывала смех, поэтому в ролях молодых героинь проваливалась. Зато в ролях характерных, комических — даже совсем маленьких — притягивала к себе все внимание, заслоняя главных героев. Когда она уже обосновалась в Москве и стала играть у Таирова незначительные роли, ее появление отвлекало зрительское внимание от царицы этой сцены — Алисы Коонен. Пришлось уйти. Много позже, в Театре Моссовета, она так сделала роль спекулянтки Маньки («Шо грыте? Шо грыте?»), что Завадский был недоволен: эпизодический персонаж стал чуть не главным. Он хотел снять ее с роли, а это была ее любимая роль! «Вы слишком хорошо играете!» — сказал он недовольно. «Если надо в интересах дела, я могу играть хуже», — ответила Раневская. За десятилетия совместной работы она хорошо изучила его характер и выражала свои чувства в яркой, свободной форме. Однажды Завадский закричал ей из зала: «Фаина, вы своими выходками сожрали весь мой замысел!» «То-то у меня чувство, что я наелась говна», — парировала она. Дальше — еще острее. Он: «Вон из театра!» Она: «Вон из искусства!»

Она довольно многим мешала — и своим талантом, и тяжелым характером. Подолгу в театрах не служила. «В театре меня любили талантливые, бездарные ненавидели, шавки кусали и рвали на части» — такой итог подвела она, сменив дюжину театров. Однажды театральный критик Наталья Крымова спросила уже старую Раневскую, зачем она столько кочевала по театрам?

— Искала святое искусство, — ответила та.

— Нашли?

— Да.

— Где?

— В Третьяковской галерее.

Муля, не нервируй меня!

В театре Красной Армии Раневская сыграла пять ролей, из них одну колоссальную: Вассу Железнову. Хозяйку жизни, бизнес-вумен, как сказали бы сейчас, подавившую в себе все чувства. Васса принесла ей всеобщее признание и звание заслуженной артистки.

В 38 лет она начала сниматься. Сначала «Пышка» Михаила Ромма, а потом и «Подкидыш», и «Золушка». Эйзенштейн хотел снять ее в роли Ефросиньи в «Иване Грозном», но министр кинематографии Большаков не позволил: «Семитские черты Раневской очень ярко выступают, особенно на крупных планах».

Безумный успех «Подкидыша», где она сыграла немолодую властную женщину Лялю, готовую усыновить «ничейного» ребенка, стал пожизненным кошмаром актрисы. Лялины слова, обращенные к тихому, послушному мужу: «Муля, не нервируй меня!», она слышала от своих почитателей всю жизнь. В Ташкенте, где они с Анной Ахматовой были в эвакуации, этими криками ее преследовали дети, едва завидев на улице. Приходилось скрываться дома. Даже Брежнев, прикалывая к груди Раневской орден Ленина, не удержался и тихо сказал ей: «Муля, не нервируй меня!» Она ответила: «Леонид Ильич, так дразнят меня мальчишки или хулиганы». Он трогательно извинился: «Простите, но я вас очень люблю».

К стати
, роль бабы яги в столь любимой нами сказке "Морозко", снятой Роу, могла достаться Фаине Георгиевне Раневской. Она даже учавствовала в кинопробах, но потом свою кандидатуру предложил Милляр .

Живу, как Диоген — днем с огнем

Она была любима и вождями, и публикой, и критикой. Рузвельт отзывался о ней, как о самой выдающейся актрисе ХХ века. А Сталин говорил: «Вот товарищ Жаров — хороший актер: понаклеит усики, бакенбарды или нацепит бороду. Все равно сразу видно, что это Жаров. А вот Раневская ничего не наклеивает — и все равно всегда разная». Этот отзыв ей пересказал Сергей Эйзенштейн, для чего разбудил ее ночью, вернувшись с одного из просмотров у Сталина. После звонка Раневской надо было разделить с кем-то свои чувства, и она надела поверх рубашки пальто и пошла во двор — будить дворника, с которым они и распили на радостях бутылочку.

Во времена ее молодости еще было деление на амплуа, и Осип Абдулов говорил, что она и героиня, и травести, и гранд-кокетт, и благородный отец, и герой-любовник, и фат, и простак, и субретка, и драматическая старуха, и злодей. Словом, Раневская — целая труппа, считал Абдулов. Но это было неверно. Лирические роли удавались ей хуже, ее коньком было сочетание трагического и комического, эксцентричность, соединенная с психологической глубиной. Одна из лучших работ — роль Розы Скороход в кинофильме «Мечта». Но при божьем даре характером она отличалась чертовски трудным! Один актер даже собирался ее побить за то, что она сделала ему грубое замечание. Вообще-то виновата была она: реплику подала так тихо, что он не расслышал и замешкался с выходом на сцену. Но признать вину она не хотела и напала на беднягу: «Кто это?! Я впервые вижу вас в театре. Это рабочий сцены? Я не работаю с любителями!»

С годами становилась все более едкой, от ее замечаний, от сарказма страдали не только артисты, но и режиссеры. Начинающему композитору, сочинившему колыбельную, она сказала: «Уважаемый, даже колыбельную нужно писать так, чтобы люди не засыпали от скуки».

С Любовью Орловой они были, можно сказать, приятельницами, но и в ее адрес Раневская позволяла себе шуточки. От безобидной («Шкаф Любови Петровны так забит нарядами, что моль, живущая в нем, никак не может научиться летать») до колкого передразнивания («Ну что, в самом деле, Чаплин, Чаплин… Какой раз хочу посмотреть, во что одета его жена, а она опять в своем беременном платье! Поездка прошла совершенно впустую»).

С людьми высокопоставленными она также не церемонилась. Как-то телевизионный начальник Лапин спросил ее:

— В чем я увижу вас в следующий раз?

— В гробу.

Комната, в которой она жила в Старопименовском переулке, была кишка без окон, так что ее можно было уподобить гробу. «Живу, как Диоген, — говорила она, — днем с огнем». Много курила, и, когда известный художник-карикатурист Иосиф Игин пришел к ней, чтобы нарисовать ее, она так и вышла — погруженной в клубы дыма на темном фоне. Врачи удивлялись ее легким:

— Чем же вы дышите?

— Пушкиным, — отвечала она.

Для чего-то она родилась…

У нее было обостренное чувство сострадания… к мясу. «Не могу его есть: оно ходило, любило, смотрело… Может быть, я психопатка?» Про курицу, которую пришлось выбросить из-за того, что нерадивая домработница сварила ее со всеми внутренностями, Фаина Георгиевна грустно сказала: «Но ведь для чего-то она родилась!»

Раневская продолжала играть, даже когда ей это было уже трудно физически. Вся театральная и нетеатральная Москва ходила в Театр Моссовета, чтобы увидеть ее в спектаклях «Странная миссис Сэвидж» и «Дальше — тишина». В «Тишине» они с Пляттом играли старых супругов, которых разлучают дети, потому что никто из них не хочет забирать к себе сразу двоих родителей. Зал рыдал…

Я видела ее и в последней роли — старой няньки Фелицаты в комедии Островского «Правда — хорошо, а счастье лучше». Фелицата светилась любовью, она, собственно, и являла собой здравый смысл и добро. Фаина Георгиевна двигалась с трудом, выходила на сцену в мягких домашних тапочках, и было понятно: это не решение художника по костюмам, а единственная приемлемая для больных ног обувь. Хуже всего было, что Раневская уже плохо помнила текст. Она беспомощно замирала и всем своим видом извинялась. «Все, хватит, больше не могу играть», — каждый раз говорила она, но все умоляли ее не уходить из спектакля. Она была его талисманом.

Незадолго до смерти Раневской режиссер-документалист Марианна Таврог решила снять великую актрису в своей серии «Старые мастера» (в серию вошли кинопортреты Марка Прудкина, Верико Анджапаридзе и еще нескольких титанов из «уходящей натуры»). Фаина Георгиевна наотрез отказалась рассказывать перед камерой о том, как работала над ролями, и вообще сниматься. Марианна Таврог ходила к ней день за днем целый месяц и наконец решила схитрить. Сказала, что снимет только фотографии на стенах (а у Раневской в доме их было много, и она общалась с ними — это был ее мир). Фаина Георгиевна согласилась рассказать про тех, кто там запечатлен, и тогда в доме появились кинооператор с камерой, осветитель и критик Наталья Крымова. Крымова в кадре задавала свои вопросы, а Раневская отвечала, забыв про съемку…

То была последняя встреча зрителя с ней.

***

Она прожила 88 лет, хлебнув горечи болезней и одинокой, бессемейной старости. У нее была домработница, ее навещали друзья, но самым близким существом оказался пес Мальчик, ради которого она отказывалась ложиться в больницу или ехать в санаторий.

Однажды Раневскую спросили, была ли она когда-нибудь влюблена.

— А как же, — сказала Раневская, — вот было мне девятнадцать лет, поступила я в провинциальную труппу — сразу же и влюбилась. В первого героя-любовника! Уж такой красавец был! А я-то, правду сказать, страшна была, как смертный грех… Но очень любила ходить вокруг, глаза на него таращила, он, конечно, ноль внимания… А однажды вдруг подходит и говорит шикарным своим баритоном: «Деточка, вы ведь возле театра комнату снимаете? Так ждите сегодня вечером: буду к вам в семь часов».

Я побежала к антрепренеру, денег в счет жалованья взяла, вина накупила, еды всякой, оделась, накрасилась — жду сижу. В семь нету, в восемь нету, в девятом часу приходит… Пьяный и с бабой! «Деточка, — говорит, — погуляйте где-нибудь пару часиков, дорогая моя!»

С тех пор не то что влюбляться — смотреть на них не могу: гады и мерзавцы!

Раневская говорила:

— Старость — это просто свинство. Я считаю, что это невежество Бога, когда он позволяет доживать до старости. Господи, уже все ушли, а я все живу. Бирман — и та умерла, а уж от нее я этого никак не ожидала. Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!

— Старая харя не стала моей трагедией — в 22 года я уже гримировалась старухой и привыкла, и полюбила старух моих в ролях. А недавно написала моей сверстнице: «Старухи, я любила вас, будьте бдительны!»

Книппер-Чехова, дивная старуха, однажды сказала мне: «Я начала душиться только в старости».

Старухи бывают ехидны, а к концу жизни бывают и стервы, и сплетницы, и негодяйки… Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо добреть с утра до вечера!

Когда Раневская получила новую квартиру, друзья перевезли ее немудрящее имущество, помогли расставить и разложить все по местам и собрались уходить. Вдруг она заголосила:

— Боже мой, где мои похоронные принадлежности?! Куда вы положили мои похоронные принадлежности? Не уходите же, я потом сама ни за что не найду, я же старая, они могут понадобиться в любую минуту!

Все стали искать эти «похоронные принадлежности», не совсем понимая, что, собственно, следует искать. И вдруг Раневская радостно возгласила:

— Слава Богу, нашла!

И торжественно продемонстрировала всем коробочку со своими орденами и медалями.

Занимательные факты и высказывания Фаины Раневской

Совершенный бездарь

В 1915 году к директору одного из подмосковных театров явилась молодая девица весьма неординарной наружности с рекомендательным письмом. Письмо было подписано близким приятелем директора, московским антрепренером Соколовским. "Дорогой Ванюша, - писал он, - посылаю тебе эту дамочку, чтобы только отвязаться от нее. Ты уж сам как-нибудь деликатно, намеком, в скобках, объясни ей, что делать ей на сцене нечего, что никаких перспектив у нее нет. Мне самому, право же, сделать это неудобно по ряду причин, так что ты, дружок, как-нибудь отговори ее от актерской карьеры - так будет лучше и для нее, и для театра. Это совершенная бездарь, все роли она играет абсолютно одинаково, фамилия ее Раневская..." К счастью, директор театра не послушался совета Соколовского.

Мягко сказано

Говорят, что этот спектакль не имеет успеха у зрителей?
- Ну это еще мягко сказано, - заметила Раневская. - Я вчера позвонила в кассу, и спросила, когда начало представления.
- И что?
- Мне ответили: "А когда вам будет удобно?"

Теплую!

Медсестра, лечившая Раневскую рассказала, как однажды Фаина Георгиевна принесла на анализ мочу в термосе. Сестра удивилась, почему именно в термосе, надо было в баночке. Hа что великая актриса возмущенно пробасила: Ох, ни хрена себе! А кто вчера сказал: неси прямо с утра, теплую?!

Ничего, что я курю?

Однажды Раневская после спектакля сидела в своей гримерке совершенно голая и курила сигару. В этот момент дверь распахнулась и на пороге застыл один из изумленных работников театра. Актриса не смутилась и произнесла своим знаменитым баском: 'Дорогой мой, вас не шокирует, что я курю?'

Наелась дерьма

Однажды Юрий Завадский, худрук Театра им. Моссовета, где работала Фаина Георгиевна Раневская (и с которым у нее были далеко не безоблачные отношения), крикнул в запале актрисе: 'Фаина Георгиевна, вы своей игрой сожрали весь мой режиссерский замысел!' 'То-то у меня ощущение, что я наелась дерьма!' - парировала 'великая старуха'.

Спасибо, красотка!

Раневская и Марецкая идут по Тверской. Раневская говорит:
- Тот слепой, которому ты подала монету, не притворяется, он действительно не видит.
- Почему ты так решила?
- Он же сказал тебе: 'Спасибо, красотка!'

Как Гитлера!

Раневская не любила зиму. Она говорила:
- Я ненавижу зиму, как Гитлера!

Самое ужасное

Старшее поколение всегда ругает молодежь: она, мол, совершенно испортилась, стала легко-мысленной, не уважает старших, без царя в голове, только о забавах и думает... Услышав такой стариковский разговор, Раневская сказала со вздохом:
- Самое ужасное в молодежи то, что мы сами уже не принадлежим к ней и не можем делать все эти глупости...

А теперь рассмотрим...

Фаина Георгиевна вернулась домой бледная как смерть, и рассказала, что ехала от театра на такси.
- Я сразу поняла, что он лихач. Как он лавировал между машинами, увиливал от грузовиков, проскальзывал прямо перед носом прохожих! Но по настоящему я испугалась уже потом. Когда мы приехали, он достал лупу, чтобы посмотреть на счетчик!

Жалуемся?

- Меня никто не целовал, кроме жениха! - с гордостью сказала Раневской одна молодая актриса.
- Милочка, я не поняла, - отозвалась Фаина Георгиевна, - это вы хвастаете или жалуетесь?

Лучше меня

- Моя собака живет лучше меня! - пошутила однажды Раневская. - Я наняла для нее домработницу. Так вот и получается, что она живет, как Сара Бернар, а я - как сенбернар...

Память

- Неужели я уже такая старая, - сокрушалась как-то Раневская. - Ведь я еще помню порядочных людей!

Крупская

- Шатров - это Крупская сегодня, - так определила Раневская творчество известного драматурга, автора многочисленных пьес о Ленине.

Холодильник с бородой

В 60-е годы в Москве установили памятник Карлу Марксу.
- Фаина Георгиевна, вы видели памятник Марксу? - спросил кто-то у Раневской.
- Вы имеете в виду этот холодильник с бородой, что поставили напротив Большого театра? - уточнила Раневская.

Кому хочу, тому и нравлюсь

В Москве, в Музее изобразительных искусств имени Пушкина, открылась выставка "Шедевры Дрезденской галереи". Возле "Сикстинской мадонны" Рафаэля стояло много людей - смотрели, о чем-то говорили... И неожиданно громко, как бы рассекая толпу, чей-то голос возмутился: "Нет, я вот одного не могу понять... Стоят вокруг, полно народу. А что толпятся?.. Ну что в ней особенного?! Босиком, растрепанная..."
"Молодой человек, - прервала монолог блистательнейшая наша актриса Ф.Г.Раневская, - эта дама так долго пленяла лучшие умы человечества, что она, вполне может выбирать сама: кому ей нравиться, а кому нет".

Второе дыхание

В переполненном автобусе, развозившем артистов, после спектакля, раздался неприличный звук. Раневская наклонилась к уху соседа и шепотом, но так чтобы все слышали, выдала:
- Чувствуете, голубчик? У кого-то открылось второе дыхание!

В такие-то годы...

В театре им. Моссовета с огромным успехом шел спектакль 'Дальше - тишина'. Главную роль играла уже пожилая Раневская. Как-то после спектакля к ней подошел зритель и спросил:
- Простите за нескромный вопрос, а сколько вам лет?
- В субботу будет 115, - тут же ответила актриса.
Поклонник обмер от восторга и сказал:
- В такие годы и так играть!

Я - это она!

Во время гастрольной поездки в Одессу Раневская пользовалась огромной популярностью и любовью зрителей. Местные газеты выразились таким образом: 'Одесса делает Раневской апофеоз!' Однажды актриса прогуливалась по городу, а за ней долго следовала толстая гражданка, то обгоняя, то заходя сбоку, то отставая, пока на-конец не решилась заговорить.
- Я не понимаю, не могу понять, вы - это она?
- Да, да, да, - басом ответила Раневская. - Я - это она!

Плевок в вечность

Еще одно высказывание актрисы:
- Сняться в плохом фильме - все равно что плюнуть в вечность!

А я - нет!

За Раневской по одесской улице бежит поклонник, настигает и радостно кричит, протягивая руку:
- Здравствуйте! Позвольте представиться, я - Зяма Иосифович Бройтман...
- А я - нет! - отвечает Раневская и продолжает прогулку.

В силу..

Идущую по улице Раневскую толкнул какой-то человек, да еще и обругал грязными словами. Фаина Георгиевна сказала ему:
- В силу ряда причин я не могу сейчас ответить вам словами, какие употребляете вы. Но искренне надеюсь, что когда вы вернетесь домой, ваша мать выскочит из подворотни и как следует вас искусает.

Характер такой

Как-то Раневская позвонила Михаилу Новожихину, ректору Театрального училища им. М. С. Щепкина:
- Михаил Михайлович, дорогой мой, у меня к вам великая просьба. К вам в училище поступает один абитуриент, страшно талантливый. Фамилия его Малахов. Вы уж проследите лично, он настоящий самородок, не проглядите, пожалуйста...
Разумеется, Новожихин отнесся к такой высокой рекомендации со всем вниманием и лично присутствовал на экзамене. Малахов не произвел на него никакого впечатления, и даже, напротив, показался абсолютно бездарным. После долгих колебаний он решил-таки позвонить Раневской и как-нибудь вежливо и тактично отказать ей в просьбе. Едва только начал он свои объяснения, как Фаина Георгиевна закричала в трубку:
- Ну как? Г..? Гоните его в шею, Михаил Михайлович! Я так и чувствовала, честное слово... Но вот ведь характер какой, меня просят посодействовать и дать рекомендацию, а я отказать никому не могу.

Ждут..

Как-то Раневской позвонила словоохотливая приятельница и долго-долго мучила ее болтовней. Когда у Фаины Георгиевны лопнуло терпение, она извиняющимся тоном сказала:
- Простите, дорогая, я говорю с вами из автомата, здесь ждут...

Как минимум...

Как-то Раневскую спросили, почему у Марецкой все звания и награды, а у нее намного меньше? На что Раневская ответила:
- Дорогие мои! Чтобы получить все это, мне нужно сыграть как минимум Чапаева!

Поцелуй в задницу

Как-то Фаина Раневская записала для радио длинное и подробное интервью о своей жизни, о работе в театре, о ролях в кино. Интервью это одобрили, и оно должно было пойти в эфир, но накануне передачи к ней приехала корреспондентка и попросила переписать одно место, где Раневская якобы неправильно произносит слово 'феномен'.
- Я справилась в словаре, современного русского языка, - сказала корреспондентка. - Так вот, посовременному произносить это слово нужно с ударением на 'о' - феномен! А вы произнесли 'феномен'.
Раневская поначалу заспорила, но потом согласилась и отправилась на студию переписывать этот кусок интервью. Однако, по всей видимости, по дороге одумалась, так что когда села к микрофону, то резко и твердо сказала:
- Феномен, феномен и еще раз феномен! А кто произносит феномен, пусть поцелует меня в задницу!

Полетел

Как-то на южном море Раневская указала рукой на летящую чайку и сказала:
- МХАТ полетел.

Cколько в человеке дерьма!

Киногруппа, в составе которой находилась Фаина Раневская, с утра выехала за город на натурные съемки. Предстояла большая работа, нужно было. много успеть за день. У Раневской же, как на зло, случилось расстройство желудка. По приезде на площадку она сразу направилась к выстроенному на краю поля дощатому сооружению. Аппаратура давно установлена, группа готова к съемкам, а артистки нет и нет. Режиссер нервничает, глядит на часы, оператор сучит ногами. Актриса не появляется. Орут, думая, что с ней что-то случилось. Она отзывается, кричит, что с ней все в порядке. Наконец после долгого ожидания дверь открывается и Раневская, подходя к группе, говорит:
- Братцы вы мои! Знали бы вы, сколько в человеке дерьма!

Слепота мужчин

Молодая актриса как-то спросила у Раневской:
- Фаина Георгиевна, как вы думаете, почему у мужчин красивая женщина пользуется большим успехом, чем умная?
- Деточка, это же так просто! Слепых мужчин на свете не слишком много, а глупых - хоть пруд пруди...

Еще и импотенция!

На вопрос одного из актеров, справлявшихся по телефону у Раневской о ее здоровье, она отвечает:
- Дорогой мой, такой кошмар! Голова болит, зубы ни к черту, сердце жмет, кашляю ужасно, печень, почки, желудок - все ноет! Суставы ломит, еле хожу... Слава Богу, что я не мужчина, а то была бы еще импотенция!

Меня знает вся страна!

На улице в Одессе к Раневской обратилась прохожая:
- Простите, мне кажется, я вас где-то видела... Вы в кино не снимались?
- Нет, - отрезала Раневская, которой надоели уже эти бесконечные приставания. - Я всего лишь зубной врач.
- Простите, - оживилась ее случайная собеседница. - Вы зубной врач? А как ваше имя?
- Черт подери! - разозлилась Раневская, теперь уже обидевшись на то, что ее не узнали. - Да мое имя знает вся страна!

Мальчик обязан!

Находясь уже в возрасте преклонном, Раневская тем не менее умела заставить людей подчиняться и выполнять ее требования. Однажды перед Московской олимпиадой Раневская набрала номер директора театра и официальным тоном сообщила, что ей срочно нужна машина. Директор попробовал отказать, сославшись на то, что машина занята, но Раневская сурово перебила:
- Вы что же, не понимаете? Я должна объехать Москву и показать мальчику олимпийские объекты. Он хочет убедиться, что все в порядке...
Директор вынужден был отправить машину Раневской, хоть и не знал, какой такой еще мальчик желает проверить готовность объектов. А Мальчик - была кличка любимой собачки Фаины Георгиевны.

Для нас, в самый раз!

Однажды Раневская отправилась в магазин за папиросами, но попала туда в тот момент, когда магазин закрывался на обед. Уборщица, увидев стоящую у дверей Раневскую, бросила метелку и швабру и побежала отпирать дверь.
- А я вас, конечно же, узнала! - обрадованно говорила уборщица, впуская Раневскую. - Как же можно не впустить вас в магазин, мы ведь вас все очень любим. Поглядишь этак на вас, на ваши роли, и собственные неприятности забываются. Конечно, для богатых людей можно найти и более шикарных артисток, а вот для бедного класса вы как раз то, что надо!
Такая оценка ее творчества очень понравилась Раневской, и она часто вспоминала эту уборщицу и ее бесхитростные комплименты.

Народные на дороге

Однажды Раневская поскользнулась на улице и упала. Навстречу ей шел какой-то незнакомый мужчина.
- Поднимите меня! - попросила Раневская. - Народные артистки на дороге не валяются...

Погуляйте где-нибудь

Однажды Раневскую спросили, была ли она когда-нибудь влюблена, и актриса рассказала забавную и грустную историю. Лет в девятнадцать, поступив в труппу какого-то провинциального театра, она влюбилась в первого героя-любовника. Конечно же, он был настоящим красавцем, как и положено актеру, играющему такие роли. "Я же была настоящей уродиной, даже в молодые годы,- призналась Фаина Георгиевна. - Ходила за ним как тень, пялилась, словом, влюбилась как кошка... Он как бы и не замечал ничего, но вот как-то раз неожиданно подходит ко мне и говорит:
- Дорогая, вы ведь неподалеку комнатку снимаете? Верно?
- Верно...
- Ждите меня сегодня вечером, часиков около семи, я к вам загляну...
Я, конечно, немедленно отпросилась домой, накупила вина и еды, принарядилась, напудрилась, сижу и жду... Час жду, другой... Наконец, часов около десяти, является пьяный, растрепанный, в обнимку с какой-то крашеной стервой.
- Дорогая, - говорит, - погуляйте где-нибудь часок...
Вот это была моя первая и последняя любовь".

Компромат

Однажды в театре Фаина Георгиевна ехала в лифте с артистом Геннадием Бортниковым, а лифт застрял... Ждать пришлось долго - только минут через сорок их освободили. Молодому Бортникову Раневская сказала, выходя:
- Ну вот, Геночка, теперь вы обязаны на мне жениться! Иначе вы меня скомпрометируете!

А много у меня нет.

Оставшись в послереволюционной России, Раневская очень бедствовала и в какой-то трудный момент обратилась за помощью к одному из приятелей своего отца.
Тот ей сказал: 'Сударыня, поймите меня правильно: дать дочери Фельдмана мало я не могу. А много - у меня уже нет...'

В гробу

Председатель Комитета по телевидению и радиовещанию С. Г. Лапин, известный своими запретительскими привычками, был большим почитателем Раневской. Актриса, не любившая идеологических начальников, довольно холодно выслушивала его восторженные отзывы о своем творчестве.
Однажды Лапин зашел в гримуборную Раневской после спектакля и принялся восхищаться игрой актрисы. Целуя на прощание ей руку, он спросил:
- В чем я могу вас еще увидеть, Фаина Георгиевна?
- В гробу, - ответила Раневская.

Гертруда

Раневская долгие годы работала в театре им. Моссовета. Однако отношения с главным режиссером у нее не сложились, и Завадскому частенько доставалось от ее острого языка. Как-то Завадский, который только что к своему юбилею получил звание Героя Социалистического Труда, опаздывал на репетицию. Ждали долго. Наконец, не выдержав, Раневская спросила с раздражением:
-Ну, где же наша Гертруда?

Ну надо же!

Раневская как-то сказала с грустью:
- Ну надо же! Я дожила до такого ужасного времени, когда исчезли домработницы. И знаете почему? Все домработницы ушли в актрисы.

Редкое г...!

Раневская познакомилась и подружилась с теткой режиссера Львовича, которая жила в Риге, но довольно часто приезжала в Москву. Тетку эту тоже звали Фаина, что невероятно умиляло Раневскую, которая считала свое имя достаточно редким. 'Мы с вами две Феньки, - любила при встрече повторять Раневская. - Это два чрезвычайно редких и экзотических имени'. Однажды сразу после выхода фильма 'Осторожно, бабушка!' Фаина Раневская позвонила в Ригу своей тезке и спросила, видела ли та фильм?
- Еще не видела, но сегодня же пойду и посмотрю!
- Так-так, - сказала Раневская. - Я, собственно, зачем звоню... Звоню, чтобы предупредить - ни в коем случае не ходите, не тратьте деньги на билет, фильм - редкое г..!

Жаль пианино

Раневская со всеми своими домашними и огромным багажом приезжает на вокзал.
- Жалко, что мы не захватили пианино, говорит Фаина Георгиевна.
- Неостроумно, замечает кто-то из сопровождавших.
- Действительно неостроумно, - вздыхает Раневская - Дело в том, что на пианино я оставила все билеты.

Все, или...

Раневская, всю жизнь прожившая одна, говаривала:
- Семья - это очень серьезно, семья человеку заменяет всё. Поэтому, прежде чем завести семью, необходимо как следует подумать, что для вас важнее: всё или семья.

Закон Архимеда

Раневская, как и очень многие женщины, абсолютно не разбиралась в физике, и однажды вдруг заинтересовалась, почему железные корабли не тонут.
- Как же это так? - допытывалась она у одной своей знакомой, инженера по профессии. - Железо ведь тяжелее воды, отчего же тогда корабли из железа не тонут?
- Тут все очень просто, - ответила та. - Вы ведь учили физику в школе?
- Не помню.
- Ну, хорошо, был в древности такой ученый по имени Архимед. Он открыл закон, по которому на тело, погруженное в воду, действует выталкивающая сила, равная весу вытесненной воды...
- Не понимаю, - развела руками Фаина Георгиевна.
- Ну вот, к примеру, вы садитесь в наполненную до краев ванну, что происходит? Вода вытесняется и льется на пол... Отчего она льется?
- Оттого, что у меня большая ж...! - догадалась Раневская, начиная постигать закон Архимеда.


Фаина Георгиевна тяжело переживала старость. За год до смерти она отказалась от сцены:

Старость - вещь страшная. Болят все мои косточки. Очень устала, очень. Восемьдесят семь лет! Я не Яблочкина, чтобы играть до 100 лет. Нет, больше на сцену не выйду!



Могила Раневской

Раневская скончалась 19 июля 1984 года в возрасте 87 лет. Она была похоронена в Москве на Новом Донском кладбище. И по сей день почитатели таланта актрисы приносят на ее могилу цветы.



открытие памятника Раневской в Таганроге


Фильмография

   1. 1934 — Пышка — Госпожа Луазо
   2. 1937 — Дума про казака Голоту — Попадья
   3. 1939 — Ошибка инженера Кочина — Ида Гуревич, жена портного
   4. 1939 — Подкидыш — Ляля
   5. 1939 — Человек в футляре — жена инспектора гимназии
   6. 1940 — Любимая девушка — Маня, тётка Добрякова
   7. 1941 — Мечта — Роза Скороход
   8. 1941 — Как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем — Горпина
   9. 1942 — Александр Пархоменко — тапёрша
  10. 1943 — Новые похождения Швейка («Солдатская сказка») — тетушка Адель
  11. 1943 — Три гвардейца («Родные берега») — Софья Ивановна, директор музея
  12. 1944 — Свадьба — Настасья Тимофеевна, мать невесты
  13. 1945 — Небесный тихоход — профессор медицины
  14. 1945 — Слон и верёвочка — бабушка
  15. 1947 — Весна — Маргарита Львовна
  16. 1947 — Золушка — Мачеха
  17. 1947 — Рядовой Александр Матросов — военврач
  18. 1949 — Встреча на Эльбе — миссис Мак-Дермот
  19. 1949 — У них есть Родина — фрау Вурст
  20. 1958 — Девушка с гитарой — Зоя Павловна Свиристинская
  21. 1960 — Осторожно, бабушка! — бабушка
  22. 1960 — Драма (короткометражный) — Мурашкина
  23. 1963 — Так и будет (телеспектакль)
  24. 1964 — Лёгкая жизнь — Маргарита Ивановна, «Королева Марго»
  25. 1964 — Фитиль № 25 — Гадалка в сюжете «Карты не врут»
  26. 1964 — Фитиль № 33 — гражданка Пискунова в сюжете «Не поеду»
  27. 1965 — Первый посетитель — старая дама
  28. 1966 — Сегодня — новый аттракцион — директор цирка
  29. 1978 — Дальше — тишина (фильм-спектакль) — Люси Купер
  30. 1980 — Комедия давно минувших дней



Кто желает подробнее:  Книга: Фаина Раневская. Случаи.Шутки.Афоризмы. (Zip архив)


Категория: Биографии | Просмотров: 1221 | Добавил: Leonardo | Теги: фаина, Раневская | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]